На главную страницуE-mail
InDecor Moscow

  Designstory
Стили в дизайне Мэтры дизайна Темы Новости Выставки Конкурсы Каталог Реклама 
Тема недели : Маргинальный дизайн мебели в СССР

Все публикации по теме

Архитектурная мастерская Моссовета № 12. Стол и кресело для клуба Наркомлегпрома. Середина 1930-х гг.
Советское ар-деко «есть за что полюбить»
13.04.18
Ар-деко, эклектичный стиль 20-40-х годов, переживает сегодня очередную волну популярности, оставаясь эффективным средством воссоздания элегантности и роскоши. Известно, что ар-деко зародился во Франции, был очень популярен в Америке, и впитал в себя множество более ранних и современных ему направлений. Но нашел ли этот стиль какое-либо отражение в произведениях отечественного дизайна? Об этом издание Designstory побеседовало с исследователем советского мебельного дизайна, автором 3-х книг и одной монографии о дизайне мебели в СССР, Александром Семёновым, который придерживается мнения, что советское ар-деко существовало и обладает рядом особенностей. Подробнее...

Маргинальный дизайн мебели в СССР

Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г.

Александр Семёнов рассказывает о советских экспериментальных проектах в области мебельного дизайна, "которые балансируют на грани безвкусицы, символизма, удобства и возможности технического исполнения – всего того, что не вписывается в рамки абстрактных, но всё же «стандартов» хорошего дизайна". "О существовании подобной советской мебели знают немногие, хотя здесь действительно есть на что посмотреть", - считает исследователь советского мебельного дизайна, автор 3-х книг и одной монографии о дизайне мебели в СССР.

Сейчас едва ли найдётся хотя бы пара тысяч человек, которые не кривя душой могут сказать, что находят советскую мебель привлекательной, слаженной да и в принципе смогут применить в отношении к ней словосочетание «хороший дизайн». Скорее можно услышать вопрос: «а разве это называется дизайном?». Даже то меньшинство, которое неплохо отзывается о мебели СССР, в основном имеет в виду не привлекательный внешний вид или интересную концепцию, а качество сборки и добротность материалов («твоим детям ещё служить будет»), что в большинстве своём едва ли соответствует действительности. Но и те, и другие, как правило, предполагают мебель знакомую каждому, т. е. массовую. Но кроме массовой мебели существовала, так называемая, «образцовая» (выставочная) и экспериментальная. Я попробую раскрыть концептуальный потенциал экспериментальных работ, показать их идеи, а так же, подобно авторам книги «Уроки Лас-Вегаса: забытый символизм архитектурной формы» [1], взглянуть на символизм в дизайне с точки зрения его уместности и оправданности.

Необходимо так же понимать, что эксперимент может быть как успешным, так и провальным. Под успехом в дизайне мебели мы понимаем либо дальнейшую востребованность проекта, либо хотя бы определённую степень его влияния на дальнейшую историю дизайна. Казалось бы, зачем обсуждать неудавшиеся работы, ведь с ними всё решено уже много лет назад? Но, тем не менее, я предлагаю не быть в этот раз столь прямолинейными и оглянуться назад, чтобы ещё раз посмотреть на этих «отшельников» мебельного дизайна. Быть может, сейчас мы уже сможем посмотреть на них под другим ракурсом.

Чего в России всегда было много, так это оружия. Огромное количество давно отслужило свой срок и лежит в хранилищах в ожидании утилизации или переплавки. Но мало кто задумывается, что его можно вполне эффективно применить в… мебели. Почему бы и нет? Вспомнить хотя бы книгу выдающегося дизайнера XX века Виктора Папанека «Дизайн для реального мира» [2], в которой он говорит о том, что множество вещей, казалось ненужных, вполне могут быть применимы в других целях, например - в дизайне. Когда безымянные советские проектировщики создали стол на винтовках (ил. 1) Папанеку было около трёх лет, и он ни коем образом ещё не мог повлиять на концепцию советских проектировщиков. Но работали мастера явно со знанием дела. Раз оружие настолько массовая вещь, то почему бы не использовать его в производстве мебели? С одной стороны, они придерживаются рациональных принципов конструктивизма с акцентом на экономии средств, но, с другой, своим проектом отсылают к горькой правде, где мир скорее исключение, а оружие есть в каждом доме.


1. Стол. Рубеж 1920-х – 30-х гг. Частная коллекция. Фото - Heritage. International art-gallery (https://www.heritage-gallery.ru)

Мне можно возразить, что оружие здесь не настоящее и проект очевидно единичный. Да и вообще, всё это притянуто за уши и никогда бы такой стол не тиражировался массово. Я, пожалуй, соглашусь с этим, но с одной оговоркой. Иногда мы и подумать не можем, какие немыслимые проекты становятся серийными. Вот, к примеру, известное кресло «Дуга, топор и рукавицы» (кое-где есть и балалайка) последней трети XIX века (ил. 2) в своё время тиражировался сотнями. А чем стол с винтовками хуже? Возможно, его в нужный момент не увидел какой-то подходящий человек и проект так и остался в единственном экземпляре. Кто знает, как дальше сложится его судьба. Сейчас благодаря усилиям единственной специализированной галереи советской мебели «Heritage» [3] советский мебельный дизайн регулярно демонстрируется на международных выставках. И говорят, что именно такая специфическая мебель привлекает зарубежного клиента. Тем более, когда на столешнице помимо прочего красуются мозаичные серп и молот.

   
2. Кресло «Дуга, топор и рукавицы». Последняя треть XIX века
 
Данный стол можно отнести к так называемой «агитационной мебели» благодаря присутствию выразительной советской символики. Выразительность такого типа интерьерного оборудования основывается как на форме и декоре, так и на силе различных символах, что придаёт мебели дополнительную функцию – агитационную. Хорошим примером подобного типа мебели является полка-трибуна и ширма (ил. 3, 4) гарнитура Детской военно-трудовой коммуны Леноблоно, выполненные по проекту А. И. Дмитриева в 1934 году. 

 
3,4. Трибуна и ширма. Гарнитур детской военно-трудовой коммуны «Леноблоно». По проекту А.И.Дмитриева. 1934 г. Частная коллекция. Фото - Heritage. International art-gallery (https://www.heritage-gallery.ru)
 
Представляет интерес так же диван-лира 1938 года из мемориального кабинета «Ворошиловский уголок» (ил. 5), находящийся в частной коллекции и гарнитур «Хлеба коммунизма» 1937 года по проекту Игоря Крестовского (ил. 6).


5. Диван-лира. Мемориальный кабинет «Ворошиловский уголок». Наркомат Комиссариата Обороны. 1938 г. Частная коллекция. Фото - Heritage. International art-gallery (https://www.heritage-gallery.ru)


6. И. Крестовский. Мебель из гарнитура «Хлеба коммунизма». 1937 г. Фото - Heritage. International art-gallery (https://www.heritage-gallery.ru)

Интересно, что подобные проекты «агитационной мебели» (ил. 7) выполняли и в 1920-е гг. Мы рассмотрим некоторые стулья 1924 года. Предназначались они для крестьянских домов и были весьма разнообразны по форме спинок и ножек (в некоторых случаях). Конструкция и формы оставались довольно традиционными в сравнении с некоторыми предметами для рабочих клубов. Декора здесь меньше, нежели в проекте гарнитура «Хлеба коммунизма», и весь он, по сути, является агитационной символикой: серп и молот, колосья зерновых растений и пр. Организация форм, их динамика, несмотря на традиционность общей конструкции, отсылает нас к угловатой стилистике конструктивизма и резкости экспрессионизма. Эти вещи с точки зрения эксперимента и поиска форм, возможно, представляют гораздо больше интереса, чем проект Игоря Крестовского. Здесь сталкиваются несколько стилевых направлений проектирования и всё это движение происходит в рамках привычной формы традиционного стула. В каком стиле они выполнены? Едва ли они дотягивают до конструктивизма, ар-деко или экспрессионизма. «Агитационный стиль»? Возможно, но, несмотря на своё название, этот «стиль» всегда живёт только в рамках исторического стиля, направления. К народной мебели эти стулья тоже отнести нельзя – слишком много в них от «элитарных» (передовых) течений того времени, слишком много они могут нам сказать о реальных поисках того времени, чтобы складывать их в одну большую кучу народных ремёсел. И такие противоречивые вещи вне привычных стилевых рамок встречаются повсеместно. Именно они и напоминают нам про условность любых границ.


7. Кресло 1920-е гг. Стулья 1924 г.

В 1920-е годы в стенах ВХУТЕМАС – ВХУТЕИНа проектировщики не боялись экспериментировать в процессе поисков современных форм мебели. В результате появился один из самых загадочных предметов советского мебельного дизайна – консольный стул по проекту студента Рогожкина Н. Н.(под руководством Татлина В. Е.) 1927 года (ил. 8). В чём его загадка? А в том, что никто не знает, как это работает. Каким образом гнутая деревянная конструкция стула могла удерживать вес человека не ломаясь? Предположим, что это всего лишь макет будущего предмета и готовый массовый продукт должен был бы быть металлическим, как, например известный гнутый стул Миса ван дер Роэ. Но тогда возникает другой вопрос: насколько конструкция должна отгибаться назад, чтобы сидящий человек не скатывался вперёд? К тому же, если вспомнить знаменитый «Летатлин» (ил. 9) или макеты саней Татлина, то возникает вопрос, а не мог ли мастер умышленно применить в проекте именно дерево и тем самым отдать дань другому выдающемуся дизайнеру Михаэлю Тонету? В общем, в этом проекте гораздо больше вопросов, нежели ответов. А разгадать его тайну в разное время пытались несколько проектировщиков. В 1986 году Димаков Д. Н. и Федотов И. Н. попытались воссоздать (ил. 10) проект Рогожкина по единственной сохранившейся фотографии. Правда, они уже использовали не дерево а пластик с гнутым металлическим прутом. Но, по всей видимости, на таком стуле сидеть оказалось довольно сложно по поводу этого Димаков сказал довольно интересную фразу: «когда человек садится на этот «рессорный» стул, он прогибается, все тело работает, как у всадника в седле». Что бы это ни значило, но ассоциации скорее с тренажёрным станком.


8. Рогожкин Н. Н. (под руководством Татлина В. Е.). Модель консольного стула. 1927 г. 

   
9. Макет «Леталина» по проекту Татлина В. Е.


10. Димаков Д. Н., Федотов И. Н. Реконструкция. 1986 г.

Уже в XXI веке про авангардный проект вновь вспомнили (ил. 11), но выполнили его из металла, чем приблизили его к баухаузовским разработкам 1920-х годов, но неминуемо отдалили от деревянных проектов Татлина.


11. Вариант решения конструкции консольного стула

Во второй половине 1950-х годов остро встал вопрос нехватки доступного и комфортного жилья. В результате был осуществлён беспрецедентный проект строительства массового жилья – «хрущёвок». Сейчас эти дома активно сносят. Хотя, на мой взгляд, наиболее интересные варианты реновации предполагают видоизменение архитектуры, внесение некоторых дополнений, а не разрушение [4]. Подобную идею мы встречаем в крайне спорном, но в то же время уникальном проекте «МЕБАР» советских дизайнеров Лучковой И. И. и Сикачева А. В (ил. 12). В 1975 году в Москве проходила очередная выставка образцовой мебели. На фоне весьма стандартных комплектов с такими специфическими названиями как: «Квинта», «Салазки» или, к примеру, «Пингвин» стояла некая конструкция, которую неискушённый зарождающимся на Западе постмодерном советский человек поначалу вряд ли бы принял за мебель. Но именно этого и добивались авторы – существенного изменения взгляда на современное интерьерное оборудование. Они хотели создавать не отдельные предметы или гарнитуры, а цельные механизмы, внедряющиеся в пространство типичных квартир с прямоугольными комнатами и деконструирующие их изнутри.


12.1. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г


12.2. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г

Авторы МЕБАРа предлагают уйти от инерции мышления и желания обязательно делать «как у других». Такое решение говорит о переосмыслении идеи унифицированного интерьера, оборудованного серийной мебелью. Из названия проекта следует, что мебель сливается с архитектурой, образую некую субстанцию – мебельную архитектуру. В этой идее, по правде сказать, нет ничего нового. Вспомнить хотя бы авангардистов 1920-х годов, занимавшихся разработкой встроенной мебели. Но Лучкова и Сикачёв пошли дальше, превратив свою мебельную систему в проект тотального переустройства геометрии интерьера. Во-первых, каждая деталь комплекта максимально стандартизирована: всего несколько типоразмеров плит, два вида крепления к плоским поверхностям, единообразные шарниры и петли, из которых предполагается создание огромного множества различных комбинаций. Размеры деталей естественно совпадали со стандартами большинства мебельных предприятий СССР. Во-вторых, плоские детали могли быть сделаны из различных материалов и облицованы на вкус покупателя – хоть рисунком хохломы, хоть квадратиками. В-третьих, МЕБАР легко транспортировать (собирается в плоские коробки) и монтировать в различных пространствах. Степень его универсальности просто зашкаливает. Но, что пошло не так? Почему ни одно предприятие не решилось взяться за выпуск комплекта? Конечно, дело здесь и в неповоротливой системе советского производства, опирающегося на планово-распределительную экономику, и в отсутствии рыночной конкуренции между производителями, но нам сейчас гораздо интереснее посмотреть на реакцию посетителей выставки. А их смутило, прежде всего, не то, что проект существенно выбивался из привычного ряда мебельных гарнитуров, а тот факт, что все вещи в МЕБАРе хранились открыто. В чем собственно так же выражалась идея авторов – коль в магазине вещи уже запаковывают, то нет и нужды класть их в ещё одну «упаковку» в виде закрытого комода. Не удивительно, что идея открытого хранения столь смутила жителей страны оконных решёток и трёхметровых заборов. Но особым смельчакам всё же предлагалось сделать комплект самостоятельно (даже инструкция прилагалась) или заказать его в мастерской производства нестандартной мебели.


12.3. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г

Некоторые вещи, нереализованные в своё время, доказали свою состоятельность в будущем. Да, они были изменены, как проект консольного стула Рогожкина, но это вполне естественный процесс – проект живёт и трансформируется со временем. Мы можем считать с нашей временной позиции, руководствуясь определённым набором критериев, что тот или иной проект является совершенно безвкусным или, например, унылым. Как говорится, имеем на это полное право. Но, на мой взгляд, следует помнить о том, что любая концепция может быть стимулом для создания нового, она имеет внутренний потенциал. И кто знает, не станет ли в ближайшее время массовым МЕБАР или стол с ружьями? Я не берусь загадывать, но история подсказывает, что всё вполне возможно.

Ссылки
1. Подробнее: Вентури Р., Браун Д.С., Айзенур С. Уроки Лас-Вегаса: Забытый символизм архитектурной формы / Пер. с англ. М.: Strelka Press, 2015. 212 c.
2. Подробнее: Папанек В. Дизайн для реального мира / Пер. с английского. – М.: Издатель Д. Аронов, 2004. – 416 с; ил.
3. Heritage. International art-gallery. [Электронный ресурс] https://www.heritage-gallery.ru (дата обращения: 10.09.2017).
4. Старый. Добрый. Новый. [Электронный ресурс] http://foresight.rbc.ru/page489873.html (дата обращения: 08.09.2017).

По материалам выступления Семёнова А. В. на конференции «Месмахеровские чтения. 2018».

Галерея

1. 1930 - 55 гг. Стол. Рубеж 1920-х - 30-х гг. Частная коллекция 2. Кресло «Дуга, топор и рукавицы». Последняя треть XIX века. 3. Ширма. Гарнитур детской военно-трудовой коммуны Леноблоно. По проекту А.И.Дмитриева. 1934. Частная коллекция 4. Трибуна. Гарнитур дет воен-труд коммуны Леноблоно. По проекту А.И.Дмитриева. 1934. Частная коллекция. 5. 1930 - 55 гг. Диван-лира. Мемориальный кабинет «Ворошиловский уголок». Наркомат Комиссариата Обороны. 1938. Частная коллекция 6. И. Крестовский. Мебель из гарнитура «Хлеба коммунизма». 1937 г. 7. Кресло 1920-е гг. Стулья 1924 г. 8.1. Рогожкин Н. Н. (под руководством Татлина В. Е.). Модель консольного стула. 1927 г. 8.2. Эскиз консольного стула. 1948×2415 мм. 1927 г. 9. Макет «Леталина» по проекту Татлина В. Е. 10. Димаков Д. Н., Федотов И. Н. Реконструкция. 1986 г. 11. Вариант решения конструкции консольного стула. 12.1. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г. 12.3. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г. 12.4. Лучкова И. И., Сикачев А. В. Проект МЕБАР. 1975 г.
 Каталог
дизайн-студии и мастерские
дизайнеры, архитекторы
интерьерные салоны
магазины (все для интерьера)
декорирование интерьеров
производство мебели, ремонт
контрактные поставки
Email
Пароль
 Регистрация в каталоге
Designstory выступает партнером следующих мероприятий:

Stylish Home

Выставка Interlight Moscow powered by Light + Building

Конкурс дизайн-проектов Атмосфера-Profi
 Дизайн без границ. Мнение экспертов Международной Школы Дизайна (Санкт-Петербург):

Профессия дизайнера на зимних интенсивах. В IDS-Петербург идет прием в группы!

Курсы полного цикла подготовки, продолжительность которых сокращена только за счет интенсивности занятий, обеспечат вам максимально эффективное погружение в профессию в сжатые сроки по направлениям: «Дизайн интерьера», «Предметный дизайн», «Web-дизайн». Получить новую профессию в соответствии с международным стандартом за четыре месяца — реально!

Читать статью >>
Все материалы рубрики >>

 Designstory в социальных сетях:







Copyright © 2005-2018 Designstory Design by Designstory