В России появится первый стадион, построенный международной архитектурной звездой -- японцем Кишо Курокавой. Его проект "Космический корабль" выиграл международный конкурс на новый стадион для петербургского клуба "Зенит", итоги которого были объявлены вчера в Смольном.

Новый стадион хотят открыть к началу футбольного сезона 2009 года. Его возведут на средства городского бюджета, полученные за счет налоговых отчислений дочерних структур компании "Газпром". Победивший проект нового стадиона для футбольного клуба "Зенит" Кишо Курокава назвал "Космическим кораблем". Стадион рассчитан на 62 167 зрителей, стоимость строительства оценивается в $225 149 200. "Корабль" посадят в Петербурге, в Приморском парке Победы, на месте памятника советской архитектуры -- стадиона имени Кирова. Его демонтаж уже начат. Единственное, что хоть как-то примиряет с потерей памятника, -- громкое имя победителя конкурса.

Архитектурное бюро Кишо Курокавы основано в 1962 году, в команде архитектора работает 60 человек. Компания участвовала в 38 национальных и международных конкурсах и в 34 заняла первое место. Среди четырех проигранных -- петербургский конкурс на реконструкцию острова Новая Голландия (его выиграл британец сэр Норман Фостер). В "зенитовском" конкурсе господин Курокава оказался самым именитым участником. Помимо множества знаменитых зданий в разных странах мира господин Курокава -- создатель генпланов нескольких городов, и среди них новой столицы Казахстана Астаны. И конечно, на его счету несколько стадионов -- что входило в условия конкурса.

В Японии господин Курокава построил стадион "Оита" (43 тыс. зрителей) и стадион "Тойота" (45 тыс. зрителей). В Петербурге архитектор предлагает сохранить некоторые элементы существующего стадиона имени Кирова, строившегося с 1932-го по 1950 год. Но узнать античную арену архитектора Александра Никольского в элегантной, очень эффектной белой конструкции довольно трудно. Вид японского стадиона с моря -- многоярусный океанский лайнер, вид сверху -- летающая тарелка. Чашу трибун перекрывает купол с силуэтом восьмимачтового парусника. Технологии, понятно, высокие. Раздвижная крыша -- из мембран с горячим воздухом, снег на ней будет сразу же таять. Выдвижное футбольное поле может уезжать за пределы стадиона "с целью обеспечения свежего покрытия круглый год".

Губернатор Петербурга Валентина Матвиенко, разделившая с главой "Газпрома" (компания, напомним, владеет контрольным пакетом акций "Зенита") Алексеем Миллером статус председателя жюри, объявляя результаты конкурса, сказала все положенные в таких случаях слова. И о том, что выбор был сложным (впрочем, конкурсной комиссии помогала команда экспертов, экспертом по архитектуре и дизайну, в частности, выступил именитый архитектор швейцарец Пьер де Мерон), потому что все участники конкурса выступили очень достойно. К участию в финальном этапе конкурса на проектное предложение нового зенитовского стадиона были допущены пять архитектурных мастерских. Помимо победителя это российские "ЛенНИИпроект" (совместно с Braun & Scholckermann ARCADIS) и "Моспроект-4", немецкая группа GMP, португальское бюро Томаса Тавейры.

Но стадион господина Курокавы показался комиссии наиболее "футбольным", а губернатору еще и просто понравился. (Хотя до этого, на открытии выставки проектов, госпожа Матвиенко публично восторгалась и португальским проектом.) Член конкурсной комиссии, председатель "Зенита" Сергей Фурсенко по-спортивному кратко рапортовал, что работа японского архитектора полностью удовлетворяет клуб, футболистам проект понравился. Другое дело, что, по словам губернатора Валентины Матвиенко, архитектору будет предложено доработать проект с тем, чтобы он соответствовал российским нормам.

Техническое задание будет составлено в течение двух недель, затем в течение месяца господин Курокава должен будет поправить свой проект, в Смольном "знают, в какой части". С учетом поправок стоимость проекта не должна будет превышать $250 млн. В ближайшее время будут объявлены тендеры на проектирование и строительство стадиона. Господин Курокава будет осуществлять авторский надзор. А что это может означать в российских условиях, японскому архитектору еще предстоит узнать.